#Google reCaptcha
Текст комментария
Правда о Дворкине Александре Леонидовиче
Истинная причина
межконфессиональных проблем
в России

Новое на сайте

31 марта Атака на Центр «Рожана» — яркий пример антикультового терроризма

27 марта Второе издание «Обыкновенного антикультизма»

09 марта Состав рабочей группы по выработке закона против «сект». Кто все эти люди?

05 марта Депутат Рашкин: «Дворкин разжигает межнациональную войну»

01 февраля Антикультовый терроризм в действии: случай с центром индийской культуры

17 января Массимо Интровинье: что стоит за понятием «антикультового терроризма». Часть 2

Архив новостей

Подписаться на обновления сайта

E-mail:

Кто уже подписан?

По темам

Антинаучная природа сектоведения

Антирелигиозная деятельность

Выступления против индуизма

Выступления против мусульман

Ложь в СМИ и скандалы

Психиатрические диагнозы

Сектоведение и криминал

Сектоведы и Минюст

Сектоведы и образование



«Контр-культы» и «анти-культы»: в чём разница?

Константин Слободянюк
Константин Слободянюк

В нескольких последних интервью вы могли слышать о «контр-культах» и «анти-культах». Чаще всего их упоминал итальянский социолог религии Массимо Интровинье. По нашей просьбе, гл. редактор газеты «Нераскрытые преступления»За последние несколько месяцев в рамках проекта по противодействию религиозному экстремизму журналисты одесской газеты «Нераскрытые преступления» провели около 50 интервью с религиоведами со всего мира. Константин Слободянюк помог разграничить эти два понятия.

По словам Константина, когда мы говорим «контр-культ», мы должны себе представить специальное подразделение внутри религиозной организации (некий церковный спецназ), который с целью защиты и расширения интересов этой организации на «религиозном рынке», проводит определенные мероприятия атакующего характера. Мишень «контр-культа» — религиозные конкуренты и оппоненты. Работа чужими руками является обычным способом действий «контр-культа», чтобы не дискредитировать собственную религиозную структуру в глазах общественности.

В отличие от них, «анти-культы», в большинстве своем, являются секулярными (нерелигиозными) организациями. В состав анти-культовой организации могут входить психологи, журналисты, академики, юристы, правозащитники, радикально настроенные субъекты, готовые проводить мероприятия по дискредитации или даже физическому устранению жертв. Анти-культы берут на себя ответственность за регулирование свободы совести и вероисповедания. Безусловно, это происходит с молчаливого согласия доминирующей религии и государства. В отличии от контр-культа, у анти-культов всегда есть 2 источника финансирования: заказчик или финансист. Заказчик платит за то, чтобы анти-культы освободили долю рынка, посредством уничтожения какой-то конкретной организации. Финансистами же могут быть те, за счет кого уничтожение будет оправдано в глазах общественности — например, родители, дети которых якобы попали в секту. Под предлогом защиты общества от сект и культов, анти-культовые организации выполняют заказ и уничтожают неугодную организацию.

Важно понимать, что анти-культы могут работать не только на «религиозном рынке», но и выполнять частный заказ в социальной, политической, общественной или бизнес сфере. Например, заклеймить того или иного политика, уничтожить репутацию бизнес-структуры, общественного движения и т.д. Чаще всего они используют методы развешивания ярлыков «тоталитарная секта», «деструктивный культ» или «психо-культ», которые закрепились в общественном сознании как нечто крайне негативное. Однако в их арсенале так же есть ряд приемов спецслужб, которые позволяют им запугивать людей и превращать их в финансистов.

В РФ мы наблюдаем феномен соединения «контр-культа», финансируемого доминирующей религией, и «анти-культа» — Александр Дворкин объединил в себе оба понятия, извлекая дивиденды из обоих источников.

02 сентября 2016