#Google reCaptcha
Текст комментария
Правда о Дворкине Александре Леонидовиче
Истинная причина
межконфессиональных проблем
в России

Новое на сайте

16 октября Илья Порхачёв под псевдонимом Tempus как актив сектоведов на Википедии

30 сентября «Решили сделать конференцию закрытой, чтобы не пугать людей». О сектоведческой конференции в Салехарде

24 сентября Доклад Массимо Интровинье: антикультисты против Ассоциации прикладных наук

20 сентября Губернатор ЯНАО созывает сектоведов в Салехард

23 апреля Ахиллесова пята антикультизма

13 апреля Антисектанский центр Воронежа оказался причастен к подбросу запрещенной литературы

Архив новостей

Подписаться на обновления сайта

E-mail:

Кто уже подписан?

По темам

Антинаучная природа сектоведения

Антирелигиозная деятельность

Выступления против индуизма

Выступления против мусульман

Ложь в СМИ и скандалы

Психиатрические диагнозы

Сектоведение и криминал

Сектоведы и Минюст

Сектоведы и образование



Джонатан Махони о FECRIS, А.Дворкине и исламофобии

Джонатан Махони (Jonathan Mahoney) — профессор кафедры философии Государственного исследовательского университета Канзаса (США): «Что касается моего взгляда на роль Александра Дворкина, скажу, что это очень проблематичный субъект...». Смотрите полное интервь господина Махони о FECRIS, А.Дворкине и исламофобии.



https://www.youtube.com/watch?v=y6VI6UiOrQo (11 минут)

«Что касается моего взгляда на роль Александра Дворкина, скажу, что это очень проблематичный субъект. Дело в том, что у Дворкина есть связи в РПЦ (Русской православной церкви), при этом он позиционирует себя как член организации FECRIS с целью пропаганды борьбы против религиозных меньшинств, которые почти не представляют из себя никакой опасности. И это очень губительная позиция. Так как, с одной стороны, он относится к основной религиозной культуре, которую поддерживает FECRIS в России, а с другой стороны — занимается распространением боязни религиозных меньшинств, преувеличивая их фактическое значение. По сути, он занимается дезинформацией. И это очень большая проблема.». — Джонатан Махони в интервью газете «Нераскрытые преступления», 25 мая 2016 г.


Полная расшифровка интервью:

Журналист: Доктор Махони, как Вы считаете, являются ли культы и секты фактической проблемой или это просто выгодные для кого-то ярлыки?

Джонатан Махони: Я думаю, что когда частные лица и представители государства используют понятие «культ», его пытаются превратить в преувеличенную угрозу, чтобы запугать людей. Почти всегда это угроза мнимого культа. Она преувеличена.

Да, существуют исключительные случаи, когда на людей воздействовали принудительно, но это происходит крайне редко. Чаще всего, государство защищает своих граждан в таких случаях, привлекая правоохранительные органы. Поэтому, как мне кажется, когда представители государства или организации, подобные FECRIS, говорят о религиозных меньшинствах, как о культах, они занимаются необоснованной спекуляцией, с целью навести страх на массы. И почти всегда выражают мнение, несовместимое с демократическими понятиями. А как вы помните, свобода выражения и свобода вероисповедания являются базовыми в любом государстве. Поэтому пропаганда псевдокультов почти всегда является элементом государственной политики или частных организаций с целью усилить страх и ограничить свободу людей.

Журналист: Обратите внимание, что до середины XX века мы не наблюдаем никакой истерики, связанной с культами и сектами. При этом был ряд людей с крайне нестандартным взглядом на жизнь и науку. Такие, как Кастанеда, Хаббард, Леопольд Сонди, Ошо. Но в 60-х – 70-х словно из ниоткуда возникает антикультовое движение. Почему это произошло, по-вашему?

Джонатан Махони: Я думаю, что есть 2 причины такого переворота. Почему люди стали воспринимать религиозные учения, разделяя их на законные религиозные практики и, так называемые, культы? Думаю, что именно в тот период времени произошло несколько очень известных трагических случаев.

Пожалуй, самый известный, это случай с Джонсом. Произошел массовый суицид в Латинской Америке. Я не помню точно цифры, но там было около тысячи человек. Неизвестно, совершили ли они самоубийство по своей воле, либо это произошло принудительно. Но факт остается фактом. Они выпили какой-то напиток с цианидом. Сами понимаете, что это было одно из самых скандальных событий целого десятилетия. Особенно активно его рассматривали средства массовой информации. Так вот, после подобных инцидентов у людей появился определенный образ, что культы и секты обязательно приводят к таким последствиям.

С другой стороны, есть вторая, более важная причина, на мой взгляд. В 60-х и 70-х в Северной Америке было модно отходить от традиционных религиозных взглядов и находиться в поиске новых религиозных верований. В то время очень много людей занялось буддизмом, индуизмом, трансцендентальной медитацией. Другими словами, такого рода верования стали очень популярными. Особенно, среди, так называемого, поколения хиппи. Понятно, что приверженцы традиционных верований начали видеть в них угрозу. Как вы понимаете, этого было практически невозможно избежать. Приверженцы традиционных верований стали резко негативно относиться к новым нетрадиционным религиозным меньшинствам. Именно так появились преувеличенные страхи о культах, темных силах, которые якобы действуют тайно. Появились целые истории про детей с промытыми мозгами. Что они только не придумывали. Таким образом, несуществующая угроза была увеличена до огромных масштабов.

Журналист: Перед интервью мы отправили Вам определенную книгу. Книгу про скандальную международную организацию FECRIS. Пожалуйста, дайте свою экспертную оценку их деятельности.

Джонатан Махони: Я думаю, что мы должны крайне настороженно относиться к деятельности такой организации как FECRIS. Причина? Эта организация является неправительственной, но, по факту, большую часть финансирования она получает от государственных структур Франции. Как по мне, тот факт, что эта организация получает финансирование со стороны государства в таком объеме, очень сильно настораживает.

Если бы это была обычная общественная организация, которой управляют частные лица, граждане Франции, то считалось бы, что они просто высказывают свое личное мнение о пятидесятниках, саентологах и других группах. Если бы эта организация была просто общественной и независимой, мое отношение к ней тоже было бы совершенно иным. Но в данном случае деятельность FECRIS финансируется государством, и это превращается в большую проблему.

Я считаю, что государство не должно вмешиваться в официальное определение того, какая религия является законной, а какая – нет. Этот вопрос касается лично самих людей. В религиозной сфере я сторонник государственной нейтральности.

Журналист: Скажите, а существует ли организация, подобная FECRIS в Соединенных Штатах Америки?

Джонатан Махони: Нет. Самая близкая аналогия FECRIS – это небольшие частные организации, управляемые физическими лицами без поддержки государства.

Например, есть организация, чья деятельность направлена на раздувание угрозы об исламе. Надо сказать, что исламофобия сейчас очень распространена в Северной Америке. Есть много случаев, когда общественные организации используют средства массовой информации, а иногда и поддерживаются журналистами с целью пропаганды разных стереотипов и дезинформации о религиозных меньшинствах в Америке. На данный момент религиозное меньшинство, которое атакуется больше всего — это мусульмане. Доходит даже до того, что есть случаи, когда очень популярные политики в Америке начинают поддерживать такую позицию. Есть ряд чиновников, политиков и отдельных групп, которые выступают в поддержку антиисламской пропаганды.

Я думаю, самым ярким примером политиков, которые на этом пытаются заработать себе очки, являются Доналд Трамп и Тед Круз. Например, они выступали несколько раз с пламенными речами против ислама. И распространяли исламофобию для того, чтобы сузить иммиграцию и запретить мусульманам въезжать из других стран. Тэд Круз в определенных штатах даже пытался наложить лимиты на мусульманские религиозные меньшинства. Лично я считаю, что это недемократично, продвигать ярко выраженную исламофобию.

Журналист: Кроме того, мы должны отличать и понимать разницу между религиозными взглядами и преступной деятельностью.

Джонатан Махони: Да. Думаю, это очень важное замечание. Вместо того, чтобы расследовать незаконную деятельность совершаемую членами религиозных групп, очень много внимания уделяется самому религиозному верованию. А так как в каждой религии есть разные течения, то это приводит к определенному обобщению. Например: «все мусульмане преступники и религиозные экстремисты». Хотя это – ложь. Потому нужно фокусировать внимание на преступлениях, а не на самих религиозных учениях.

Журналист: По странному стечению обстоятельств вице-президентом французской организации FECRIS является Александр Дворкин. Очевидно, что он полностью поддерживает позицию и идеологию FECRIS. Как бы Вы могли охарактеризовать деятельность Дворкина?

Джонатан Махони: Что касается моего взгляда на роль Александра Дворкина, скажу, что это очень проблематичный субъект. Дело в том, что у Дворкина есть связи в государственных и в доминирующих религиозных структурах. К примеру, в РПЦ (Русской православной церкви). При этом он позиционирует себя как член организации FECRIS с целью пропаганды борьбы против религиозных меньшинств, которые почти не представляют из себя никакой опасности. И это очень губительная позиция. Так как, с одной стороны, он относится к основной религиозной культуре, которую поддерживает FECRIS в России, а с другой стороны — занимается распространением боязни религиозных меньшинств, преувеличивая их фактическое значение. По сути, он занимается дезинформацией. И это очень большая проблема.

29 мая 2016